Публикации : 2017

О расширении программы «дальневосточного гектара»

Павел Родькин о расширении программы «дальневосточного гектара» в программе ОТРажение на телеканале ОТР.


Павел Родькин в программе ОТРажение на телеканале ОТР (07.09.2017)

Расшифровка эфира

В студии у нас Павел Родькин, доцент департамента интегрированных коммуникаций Высшей школы экономики. Добрый вечер, Павел.

Павел Родькин: Добрый вечер.

Константин Чуриков: Давайте начнем именно с дальневосточного гектара. Понятно, еще рано судить, еще не прошло нескольких лет, прежде чем кто-то успеет построиться, там ужиться и так далее.

Оксана Галькевич: Вырастить там первый урожай.

Константин Чуриков: Скажите, пожалуйста, вы четко понимаете цели, которые преследует государство, в частности Минвостокразвития, при этой акции?

Павел Родькин: Давайте начнем с того, что изначальный расчет на востребованность этой программы, он в целом себя оправдал, потому что, мы все помним, когда программа запускалась, было очень много скептического восприятия, скептических комментариев, что никто туда не поедет, и все это окончится каким-то пшиком. Нет, практика показала, что программа востребованностью обладает. Некое изначальное если не негативное, но скептическое отношение к программе в общественном мнении все-таки переломилось, и сегодня программа «Дальневосточный гектар» уже по-другому в обществе воспринимается. И за прошедшее время с пуска программы это очень хороший результат.

Оксана Галькевич: То есть вы считаете, что 100 тыс. заявок — это хороший результат для такой программы? Или это все-таки ваше субъективное ощущение? Интересно, как здесь можно в такой ситуации высчитать КПД. Павел Родькин: Как некие стартовые числа это, конечно, очень хороший вариант. Тем более мы же понимаем, что 100 тыс. — это только стартовые величины, и если программа будет развиваться, то, конечно, этих и заявок, и этой востребованности будет гораздо больше.

Константин Чуриков: Если вы помните, на прямой линии президента так и спросили: «А не стоит ли это все распространить, расширить на всю страну?». Он сказал: «Можно и, наверное, нужно, но давайте сначала все это отпилотируем на Дальнем Востоке».

Павел Евгеньевич, ваше мнение, пришло ли время по всей стране раздавать людям такие гектары с поправкой на то, что реальные доходы падают у нас почти четыре года подряд каждый месяц, и людей надо как-то накормить?

Павел Родькин: Идея раздачи земли, конечно же, очень привлекательна, и, если не ошибаюсь, даже какие-то политические партии и политики выдвигали такие идеи, чтобы начать раздавать земли. В конце 1980-х, вначале 1990-х на волне перестройки тоже витало в воздухе ожидание…

Константин Чуриков: Коммунисты, сейчас справедливоросы.

Павел Родькин: …что сейчас всем раздадут землю. Поэтому это идея очень привлекательная, но проблема в следующем. Ведь у нас в России, к сожалению, еще не развита так называемая предпринимательская культура, потому что те люди, которые заявляют: «Дайте нам землю, мы хотим куда-то поехать, получить землю», а здесь стоит задать вопрос: у них есть стратегия, что они будут делать? У них есть бизнес-план? Мы очень часто критикуем государство, что в каких-то программах не прослеживается какая-то стратегия. Землю подо что развивать: под развитие, под сельское хозяйство или просто заселять? А у жителей, которые хотят, у них есть это понимание или нет?

Оксана Галькевич: С одной стороны, вы правы, но, с другой стороны, чтобы заниматься этим предпринимательством, в нашей стране все это достаточно сложно. Мы по нашей деятельности, журналисты, общаемся очень часто с фермерами, с малыми предпринимателями, и зачастую бывает так, что у человека даже надел земли есть, он, например, потомственный крестьянин, получил этот пай, но поработал-поработал фермером, всю эту административку повел, пару раз сходил в кабинеты, постоял, а потом сказал: «Ну его к лешему! Сил просто нет всем этим заниматься». И идет, нанимается к другому, более пробивному, более активному. Здесь вопрос: какие горы надо сворачивать, чтобы быть предпринимателем?

Павел Родькин: Это колоссальный объем работы. Ведь это же не просто речь идет о том, чтобы раздать землю. Землю раздадим. А дальше ведь начинается проблема формирования класса собственников, формирования нового класса собственников.

Оксана Галькевич: Подождите. Но мы же ее не всем просто так раздаем. Раздаем тем, кто хочет.

Павел Родькин: Класса наемных рабочих. Проблема формирования потребительского рынка, потому что то, что на земле выращивается, если потребительского рынка, внутреннего потребления нет — это до известной степени бессмысленное занятие, — это проблемы развития инфраструктуры, это проблемы развития территории. Где мы будем эту землю давать? Если мы будем давать землю, скажем, рядом с крупными городами, то это только усугубит проблему сверхурбанизации.

Оксана Галькевич: Необязательно с крупными.

Павел Родькин: Если мы это будем вдалеке от городов раздавать, то какие инфраструктурные проекты мы сможем?..

Оксана Галькевич: Дороги — главный инфраструктурой проект в нашей стране. Хотя бы дороги.

Павел Родькин: Дороги, мосты, электроэнергия и так далее.

Константин Чуриков: А какая должна быть цель у этой раздачи бесплатной земли? Вы говорите о бизнес-плане. Но если оглянуться, посмотреть на страну, в каком тяжелом положении очень многие люди находятся, может быть, тут разумнее говорить не о каких-то предпринимательских вещах, а просто о самовыживании? Какой должен быть бизнес-план у бабушки, у которой огородик? У нее никакого бизнес-плана нет.

Оксана Галькевич: Бабушке гектар-то, наверное, не нужен, но, может, у бабушки есть внучок какой-нибудь рукастый.

Константин Чуриков: У нее внучок, наверное, есть, сынок.

Павел Родькин: Мне кажется, если мы с таким целеполаганием подходим к этому проекту, то это очень негативный и очень депрессивный вариант развития событий — раздавать людям землю на прокорм. Если мы все-таки в эту идею вкладываем какую-то очень сущностную стратегию развития, то эта идея тянет на очень серьезный мега-проект, который очень серьезно наше общество реформирует.

Константин Чуриков: Это Костромская область. Костромская область, как и Москва тем более — не вся Россия.

Все-таки исторические параллели. Что касается той самой столыпинской реформы, давайте просто вспомним, что делалось тогда. Потому что когда я сегодня открываю, смотрю на разных источниках информацию, то понимаю, что человек, который приехал на Дальний Восток — судя по представленной информации, даже в уважаемых изданиях, — он оказывается практически один на один, а все, что ему предлагается — это кредиты, они дороги. Надо быть сумасшедшим, наверное, человеком, если ты среднего какого-то слоя, среднего достатка, тем более если ты малообеспеченный, чтобы так рвануть и поставить на рулетку: «Была не была!».

Что касается столыпинской реформы, чем она в данном случае могла бы быть нам полезной?

Павел Родькин: Вы вспомнили про столыпинскую реформу, хотя, наверное, это не самый удачный пример, потому что столыпинская реформа закончилась…

Константин Чуриков: Она не была завершена.

Павел Родькин: Она не была завершена, закончилась крахом, и от самого Столыпина остались такие, выражаясь современным языком, мемы, как столыпинские вагоны. Не самое позитивное восприятие.

Константин Чуриков: Но было движение, люди стали переезжать, крестьяне.

Павел Родькин: Я бы другой исторический пример привел из нашего недавнего прошлого — это пример БАМ, который, во-первых, и материально мотивировал людей участвовать в этой стройке, и мотивировал через нематериальные активы, и тот энтузиазм строителей БАМ, и сколько людей осело, сколько городов появилось. Если бы, на мой взгляд, эту историю стали развивать дальше, то мы вполне получили бы не просто мелкие населения, а какую-то развитую инфраструктуру. Поэтому я бы не абсолютизировал столыпинский опыт, потому что во многом он неприменим.

А то, что вы говорите о противоречиях, то здесь противоречия на системном уровне. Наша экономическая система такова, что, с одной стороны, когда государство контролирует всю землю — это плохо, но возьмем другой крайний пример. Если вся земля сконцентрируется в руках частных собственников, и вы на эту землю никак не попадете…

Оксана Галькевич: А зачем бросаться из одной крайности в другую? У нас пока сейчас налицо одна крайность, вы предлагаете другую. Зачем? Баланс какой-то может быть в принципе. Почему нет?

Константин Чуриков: Земли много, можно соблюсти баланс.

Павел Родькин: На мой взгляд, мы сейчас идем в достаточно верном направлении, когда контроль над этим проектом и всю стратегию формулирует все-таки государство, потому что такой крупный проект может себе позволить и может реализовать только государство очень крупную серьезную государственную программу, как бы мы к государству и отдельным чиновникам ни относились. Был телефонный звонок, что негативное восприятие Правительства или отдельных политиков переносится автоматически на всю программу, что объективно не совсем правильно.

Оксана Галькевич: Уважаемые гости, вам советский период кажется более удачным примером. А действительно ли это так? Ведь тогда людей отправляли на эти прекрасные стройки, здорово, конечно, по-комсомольски, подзадоривая, в добровольно-принудительном порядке, мы ведь об этом забываем.

Павел Родькин: Но были и материальные серьезные стимулы.

Оксана Галькевич: И люди там оседали в 1990-е, когда просто выехать оттуда не могли. Просто выехать не могли. И это не про частную собственность — строить БАМ, шпалы в тайге прокладывать, это не про это, совсем не та история.

Константин Чуриков: Это на государство конкретно в тайге поработать.

Павел Родькин: Тем не менее, люди были хорошо материально мотивированы.

Константин Чуриков: Как можно было бы сегодня доработать эту программу, эту идею бесплатной раздачи земли?

Павел Родькин: Соглашусь с коллегой, что действительно информационное сопровождение программ подобного рода чрезвычайно важно. Если уж негатив, в частности здесь он имеет место быть, то с этим нужно что-то делать.

Оксана Галькевич: Это историческая память. Битые мы и тертые.

Павел Родькин: И средства рекламы, я бы даже добавил еще актуальный инструмент, как брендинг территорий — это было бы достаточно актуально. Но это не панацея. Здесь нужно повышать грамотность населения, финансовую грамотность. Я начал с бизнес-плана, чтобы у людей было понимание, что они там могут сделать. Если ставить вопрос, что мы придем и будем там умирать, выживать — это любая программа, даже под Москвой, куда ни возьми, она закончится тоже весьма депрессивно.

Оксана Галькевич: Умирать, погибать. Но люди ведь если едут, иногда они едут с семьей, у них есть дети, им нужна медицинская помощь, обслуживание, им самим тоже школы нужны. Об этом же тоже надо думать. Павел Родькин: Это как раз и есть предмет повышения грамотности, и чтобы люди ориентировались, понимали, зачем они едут, как они могут эту территорию осваивать, что они хотят, какой у них образ будущего, как они себя дальше мыслят. Ведь все это очень важные проблемы, без которых любая программа будет буксовать.

Оксана Галькевич: Это не должно быть проблемой человека. Мы не скиты же там организуем, не движение отшельников России. Все, кто хочет куда подальше — пожалуйста, туда.

Павел Родькин: Это проблема общая. И человека, и проблема государства.

Телеканал ОТР. Полная версия сюжета: Павел Родькин и Александр Зорин — о расширении программы «дальневосточного гектара»

ОТР

8 сентября 2017 г.

Материалы по теме:

Дальневосточный гектар
Павел Родькин о «дальневосточном гектаре» в программе ОТРажение в эфире ОТР + Экспертный круглый стол ТАСС: «Об особенностях предоставления гражданам земельных участков в Дальневосточном федеральном округе» (30.05.2016) + Комментарии СМИ.

Поделиться:

Канал в Telegram

Друзья

Логосклад.ру

© При использовании материалов сайта соблюдение авторства и гиперссылка — обязательны.
© (2003—2017) Павел Родькин

Отдельные публикации могут содержать материалы не предназначенные для пользователей младше 16 лет.