Тексты  2006  Реконструкция Европы как художественный дискурс

Версия для печати

Динамизм современной коммуникаций и технологий проявляется сегодня не только в отдельных сферах искусства или жизни, он распространяется на всю культуру, на весь строй жизни, формируя саму действительность и историю. Целые страны и континенты являются практическим воплощением рождения новой исторической, культурной и экзистенциальной Ситуации. Например, Европа. Ведь «Европа — это не заснувшее прекрасное царство. В какой-то момент в прошлом в европейских городах начались новые стройки. И, скорее всего, это строительство уже никогда не будет закончено. ...Как и другие сферы общественной жизни, строительство также вступило в бесконечный цикл обновлений.» Такова констатация факта, но создателя проекта «Europe is Under Construction» Анны Харькиной это состояние необходимо зафиксировать.

Зачем нужна фиксация этого события? Для ответа на этот вопрос, очевидно необходимо разобраться в самом феномене европейской реконструкции.

Европа находится в процессе постоянной модернизации, каким стилем не был бы означен этот процесс. Европейский пессимизм как и европейский оптимизм, поэтому являются звеньями одного механизма; шпенглеровский «конец Европы» еще более европоцентричен, чем европейский патриотизм. В этом смысле Европе не страшна глобализация, с ее эстетической и технологической стандартизацией.

Европа постоянно концептуально и визуально модернизируется — и в этом заключается основа ее устойчивости в условиях новой коммуникативной ситуации. Подобно тому как в европейском искусстве существовала свобода интерпретации, (например, когда мифологический сюжет в живописи помещается в современное художнику пространство) так и модернизм и постмодернизм вписывают современную архитектуру в исторические пласты. В этом смысле Европе всегда был свойственен своеобразный вневременной модернизм, и именно поэтому тщетно ожидать краха европейского постмодернизма...

Почему та же самая практика оказывается так часто неудачной у нас (взять хотя бы архитектуру современной Москвы)? Может быть потому, что сами понятия реконструкции, стиля, дискурса — понимаются и воспринимаются нами как пустые слова и академические термины, лишенные живого исторического наполнения? Необходима ли вообще фиксация европейской реконструкции вне какой-либо концепции или дискурса?

Почему автор этого проекта заинтересовалась именно европейской динамикой? Возможно потому, что мы подсознательно восхищаемся состоянием избыточности Европы и стремимся ей подражать? Если Америка — это (с подачи Бодрийяра) «пустыня реальности», гиперреальность воплоти, то Европа как продолжение гиперреальности, иной ее фронт, представляет собой избыточную реальность. Реальность, которая исторически и семиотически перенасыщена, однако поразительно и на зависть стабильна... Возможно поэтому Европа так притягательна: «мы мечтаем «побывать в Европе», мы сетуем «это вам не Европа!» «Европа» с ее завершенной историей и совершенной архитектурой — это образ, который сложился в наших головах, и именно его мы пытаемся найти в европейской реальности. А, не найдя, подчас разочаровываемся.»

Но нам нет необходимости идеализировать европейский дискурс или же его дискредитировать — мы зрители этого культурно-исторического действия, но этот дискурс необходимо зафиксировать. Если нам и не дано стать участниками европейской реконструкции, то через современные технологии, а может быть всего лишь через один единственный взгляд фотокамеры мы, согласно логики гиперреальности можем стать соучастниками культурной ситуации. В конце концов мы можем сравнивать.

Впрочем следует отметить, что в России и на всем постсоветском пространстве реконструкция носит и семантический и семиургический характер, а потому подобный проект у нас возможно назвать перестройкой.

Реконструкция Европы была необходима как новый, в каком то смысле, формальный этап после завершения холодной войны и возникшие после нее знаковые руины. Реконструкция Европы является не только функциональной необходимостью, это исторический жест, знаковая индульгенция, легитимная только посредством визуального. Это визуальное переживание истории — новая Европа невозможна в старом эстетическом и эсхатологическом (!) поле.

Весь европейский архитектурный дискурс на самом деле является формой и выражением общеевропейского дискурса, в котором Европе все больше и больше отказывают в последнее время.

Но является ли означенный процесс реконструкцией? Ведь реконструируют руины, исторические (Азия) или семантические (Россия и постсоветское пространство), а холодная война была снисходительна даже к восточной части Европы. Процесс реконструкции Европы следовало бы назвать — деконструкцией.

Все эти размышления спровоцированы проектом Анны Харькиной, который в качестве визуального банка данных может послужить открытым источником к анализу и исследованию современного европейского, и всего художественного и экзистенциального дискусра современности.

Важным фактором данного проекта также является непредсказуемость фиксации (любой пользователь может прислать любые и самые неожиданные фотографии) и конечно же его неофициальность, позволяющая не вписывается в структуру хронологии «официального» архитектурного мифа. База данных проекта, таким образом, свободно и ненавязчиво репрезентует феномен европейской реконструкции как художественного дискурса.

Мы фиксируем очень важные этапы, ведь реконструкция и модернизация только начались. Сейчас происходит только подготовка к ревизии глобальных знаков и символов. Новый дизайн европейской валюты, европейский флаг, новая архитектура, новый ландшафт, новый интерфейс — это только начало изменения глобального фирменного стиля Европы. Фиксируя эти изменения — мы можем заглянуть в глаза собственного дискурса, собственного стиля и ... собственной истории, которые мы пытаемся создать.

«Europe is Under Construction» — визуальный архив европейского строительства нового типа. On-line проект Анны Харькиной в рамках 3-его международного фестиваля молодого искусства «Стой! Кто идет?» (куратор Дарья Пыркина). Интернет-проект открыт для всех пользователей сети. Любой человек может разместить свои фотографии с изображением той или иной европейской городской стройки. Так со временем сформируется банк данных, дающий картину европейского пространства, подвергнутого строительной трансформации.

29 января 2006 г.